Согласно данным (World Justice Project) за прошлый 2025 год, Казахстан занял 66-е место из 143 стран мира по индексу верховенства закона, показав лучшие результаты в рейтинге обеспечения консти­туционных и демократи­ческих прав граждан.

После недавнего референдума по принятию новой Конституции стало понятно, что Республика Казахстан не намерена останавливаться на достигнутом, и реформам будет уделено еще больше внимания. При этом многие представители юридического сообщества считают, что эффективность законодательных норм и механизмов определяется не только текстом Основного Закона, но и качеством их реального применения на практике, о чем неоднократно говорил и Глава государства Касым-Жомарт Токаев.

О том, как меняется юридический рынок Казахстана, какие угрозы и возможности несет цифровизация права и почему качество профессиональной этики остается главным фактором доверия к правовой системе редакции «Юридической газеты» рассказали ключевые представители профессионального юридического сообщества г. Алматы – Хасан Садуев, председатель Алматинской городской Палаты юридических консультантов «Эгида», а также Алимжан Айдарбеков, магистр права, специалист в области ИИ, член той же палаты.

– Хасан Хусаинович, первый мой вопрос касается вашей профессиональной деятельности. Поскольку вы являетесь председателем Алматинской городской палаты юридических консультантов «Эгида», расскажите, в чем заключается ее отличие от других аналогичных палат?

Хасан САДУЕВ, председатель Алматинской городской Палаты юридических консультантов «Эгида»

– Алматинская городская палата юридических консультантов «Эгида» изначально создавалась как профессиональное объединение юристов в соответствии с изданными в то время нормами закона о СРО, которая ориентировалась не только на формальное соблюдение требований законодательства для участия в судах в связи с требованиями ГПК, но и на повышение качества юридической помощи и профессионального уровня юридических консультантов.

Отличий, наверное, существенных нет. Практически, все палаты в Алматы, их 16, имеют одинаковые инструменты и учредительные документы. Единственное отличие, возможно, в подходах к работе. Считаю, что ключевое отличие нашей палаты и наших юридических консультантов заключается в том, что мы стараемся изучить проблему изнутри, и только на основании опыта наших коллег можем находить выходы из по сути нерешаемых проблем и споров.

Усилиями членов нашей палаты мы стараемся уделить больше внимания развитию профессиональных стандартов, повышению квалификации консультантов и формированию устойчивой правоприменительной практики на основе практических знаний наших юридических консультантов, а также судебных актов, которые прошли все инстанции и в сущности явились эталоном применения норм действующего права, то есть стараемся таким образом собрать свою собственную практику.

Кроме того, члены палаты активно участвуют в экспертной работе, включая обсуждение законопроектов и правовых инициатив, давая предложения по улучшению законопроектов и правоприменительной практики. Это позволяет нам не только адаптироваться к изменениям, но и в определенной степени влиять на правильное и поступательное развитие правовой среды.

– Некоторые эксперты утверждают, что принятие новой Конституции – жизненная необходимость, которая защитит нас от дальнейших проблем, связанных с политической, экономической и правовой турбулентностью, которая сегодня сотрясает мир. Как Вы считаете, это было своевременным решением?

– Считаю, что да. Ведь Конституция, безусловно, является основой правовой системы любого государства, и ее обновление – это всегда значимый этап развития страны и ее общества. Считаю, что важно понимать: эффективность Конституции определяется не только ее содержанием, но и качеством ее реализации. Самый важный момент в этом – применение норм Основного закона на практике. Участие в различных проводимых международных конференциях, а также обозрение правоприменительной практики зарубежных стран показывает, что устойчивость правовой системы государства обеспечивается сочетанием продуманных с точки зрения закона норм права, эффективных институтов, а также последовательной правоприменительной практики, которая с каждым годом должна укрепляться.

Поэтому обсуждение проекта новой Конституции было всенародным, с учетом мнения экспертного большинства, в число которых вошли практикующие адвокаты, авторитетные ученые, юристы, а также представители государственных органов всех ветвей власти и мажилисмены, ведь как известно, общественное обсуждение является важным элементом развития правовой культуры нашего народа и государства в целом.

– Согласно данным организации World Justice Project за прошлый 2025 год Казахстан занял 66-е место из 143 стран мира по индексу верховенства права. При этом отмечаются проблемы с соблюдением базовых прав граждан, ограничениями полномочий государства и открытостью некоторых государственных институтов. На Ваш взгляд, что мешает нашей стране искоренить пробелы, связанные с неработающими правовыми институтами?

– Оценки международных организаций, таких как World Justice Project, являются одним из важных ориентиров, позволяющим увидеть как достижения, так и направления для дальнейшего развития. Если говорить о существующих вызовах, то они во многом связаны с необходимостью дальнейшего укрепления правоприменительной практики, повышения прозрачности деятельности отдельных институтов и развития механизмов обратной связи между государством и обществом, чего добивается наш Президент через свои послания и принимаемые программы – «Слышащее государство», идеологема «Закон и Порядок» и др.

Считаю, что в Казахстане предпринимаются последовательные шаги в направлении модернизации правовой системы. Это мы видим и ощущаем, так как активно начала работать административная юстиция, которая, как видим, приносит хорошие плоды при защите граждан нашей страны в спорах с государственными органами. Также отмечу создание и успешную работу Кассационных судов по гражданским, уголовным и административным делам, что позволило Верховному суду РК заняться вопросами рассмотрения применения норм права и издания нормативных постановлений с учетом требований времени и изменений в обществе.

На текущем этапе полагаю, что ключевой задачей для нас является обеспечение устойчивости и предсказуемости правоприменения, поскольку именно это формирует доверие к правовой системе как со стороны граждан, так и бизнеса.

– Алимжан Кадыржанович, поскольку Вы специалист в сфере ИИ, не могу не спросить о стремительном развитии искусственного интеллекта. Так, уже создано и функционирует Министерство ИИ. Каковы перспективы развития ИИ в правовом поле Казахстана? Как, на Ваш взгляд, изменится юридический рынок в ближайшие пять-десять лет и какое место в нем будут занимать технологии ИИ?

Алимжан АЙДАРБЕКОВ, магистр права, специалист в области ИИ, член Алматинской городской Палаты юридических консультантов «Эгида»

– Стремительное развитие искусственного интеллекта на данный момент – это не просто технологический тренд в динамике общества в целом, а глубокая институциональная трансформация мышления человека и новое отношение к предмету, затрагивающие саму природу права и правоприменения в целом в мире. И если говорить откровенно, то создание профильных государственных органов, включая и Министерство ИИ, – это лишь первый, организационный этап, но он необходим, и это есть старт в Республике Казахстан. Он не всегда заметен обществу, но именно на этой стадии формируются правила новой игры в ИИ, нормативная база и стратегическое видение. Если смотреть шире и глубже, Казахстан уже давно находится в процессе перехода к новой модели – цифровому правосудию. За последние годы произошли очень сильные изменения, которые еще 10–15 лет назад казались невозможными: более 93 процентов госуслуг переведены в электронный формат, миллионы граждан используют цифровые сервисы ежедневно, судебная система активно внедряет электронное судопроизводство, а юридическая помощь постепенно выходит за рамки классических кабинетов и становится доступной онлайн всем пользователям. Это говорит о главном: цифровизация в праве у нас уже состоялась, и она в процессе становления. Теперь начинается следующий новый этап – интеллектуализация этой системы через внедрение искусственного интеллекта.

Считаю, что в ближайшие годы искусственный интеллект будет выполнять многие ключевые функции.

Во-первых, это аналитика и экспертиза. Уже сегодня технологии позволяют обрабатывать огромные массивы судебной практики и выявлять закономерности и ошибки, которые человек просто физически не способен увидеть. Это создает предпосылки для так называемого «прог­нозируемого правосудия», когда юрист заранее понимает вероятный исход дела.

Во-вторых, автоматизация. Рутинная юридическая работа – составление типовых договоров, исков, правовых заключений – постепенно будет передаваться интеллектуальным системам. Это не снижает роль юриста, а освобождает его от механической нагрузки.

В-третьих, повышение доступности права. Онлайн-консультации, чат-боты, LegalTech-платформы уже делают юридическую помощь более дешевой и доступной, особенно для регионов и социально уязвимых групп. Но вместе с этим возникают и серьезные вызовы: защита персональных данных, риск утечек информации, проблема алгоритмической предвзятости, а также отсутствие четких международных стандартов регулирования ИИ в праве. Без решения этих вопросов цифровизация может не укрепить, а наоборот – ослабить доверие к правовой системе.

– Но ведь у нас функционируют законы, регулирующие порядок использования цифровых платформ, включая ИИ, а за утечку персональных данных предусмотрена административная ответственность. С недавнего времени поднимается возможность и уголовного наказания, разве не так?

– Право, как и любая социальная система, не может развиваться в изоляции от технологического прогресса. Если искусственно тормозить внедрение новых инструментов, это не сохранит стабильность – наоборот, это создаст разрыв между национальной правовой системой и глобальными тенденциями. Страны и правовые системы, которые активно внедряют искусственный интеллект, уже сегодня формируют более эффективные модели правосудия, более доступные юридические сервисы и более конкурентоспособные рынки. Если же мы будем затягивать этот процесс, опираясь на устаревшие подходы, то рискуем оказаться в положении догоняющих.

Я принципиально убежден, что искусственный интеллект не заменит юриста, но он изменит его роль. Право – это не только нормы, это еще и оценка, логика, этика, человеческое понимание ситуации. Ни одна машина не способна полноценно заменить эти элементы. Однако ИИ уже становится мощным инструментом, который усиливает возможности специа­листа. Проще говоря, раньше хороший юрист работал быстрее других. Теперь хороший юрист – это тот, кто умеет работать вместе с технологиями. Если говорить системно, то Казахстан движется в правильном направлении. У нас есть нормативная база, есть государственные программы цифровизации, есть практические результаты – от электронного правительства до цифровых судов. Но главный вопрос – не в технологиях, а в подходе. Искусственный интеллект не должен подменять правовую работу и ответственность человека. Он должен усиливать ее. Будущее юридической профессии в Казахстане – это сочетание трех факторов: глубоких знаний, цифровых навыков и высокой профессиональной этики. Именно такой баланс позволит не только адаптироваться к изменениям, но и использовать их в интересах общества и государства.

– На протяжении последних лет в юридическом сообществе Казахстана идет открытое противостояние между адвокатскими коллегиями и палатами юридических консультантов. Какие противоречия сегодня существуют между этими инстанциями, почему нельзя просто объединиться и делать общее дело без конфликтов и взаимных обвинений?

– Противостояние между адвокатскими коллегиями и палатами юридических консультантов было всегда, и не только у нас в РК. По всему миру постоянно есть вопросы по данным моментам. Это не случайный конфликт и не вопрос личных амбиций отдельных представителей профессии. Это, по сути, отражение более глубоких процессов, которые происходят в правовой системе Казахстана на этапе ее трансформации. Если говорить простыми словами, мы сегодня наблюдаем столкновение двух моделей юридической профессии.

Первая – классическая, адвокатская. Она исторически формировалась как институт с особыми гарантиями, строгими требованиями к допуску в профессию и высокой степенью ответственности. Адвокат – это, прежде всего, участник правосудия, обладающий специальным статусом и выполняющий публично значимую функцию защиты прав и свобод. Вторая модель – это юридические консультанты. Более гибкий, рыночный сегмент, который возник как ответ на растущий спрос на правовые услуги. Здесь меньше формализма, ниже порог входа, шире спектр услуг – от консультаций до сопровождения бизнеса. И именно в этой разнице и кроется основной источник противоречий.

Юридическое сообщество Казахстана стало сложным и многослойным. И задача сегодня – не упростить его за счет искусственного объединения, а научиться эффективно работать в этой многослойности. Только в этом случае конкуренция станет не источником конфликта, а двигателем качества и развития всей правовой системы.

Здесь важно не упускать одну фундаментальную вещь, о которой в пылу профессиональных споров часто забывают. И адвокаты, и юридические консультанты, и прокуроры, и судьи – все они имеют один и тот же исходный фундамент. Это юридическое образование. Все они – в первую очередь – юристы. Человек сначала проходит базовую подготовку, получает степень бакалавра права, осваивает одни и те же принципы: понимание закона, логику правоприменения, основы правовой культуры. И только после этого он выбирает профессиональный путь – становится адвокатом, консультантом, судьей или идет на государственную службу. То есть различия между ними – это уже вопрос специализации, статуса и функций, но не вопрос сущности профессии. Поэтому, когда внутри юридического сообщества возникают жесткие противоречия, важно помнить: речь идет не о разных профессиях, а о разных ролях внутри одной профессии.

– Следующий вопрос касается моральной стороны юридического сообщества. Насколько сегодня выгодно в профессиональном плане быть юристом в Казахстане, какие знания важно иметь на вооружении, ведь у нас довольно часто законы и НПА подвергаются изменениям, корректировкам и отменам, что тоже не внушает оптимизма.

– Вопрос о том, насколько сегодня «выгодно» быть юристом в Казахстане, на самом деле гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд. Здесь важно разделять два аспекта: материальную составляющую профессии и ее содержательную, профессиональную ценность.

Если говорить откровенно, юридическая профессия остается востребованной. Более того, спрос на качественные юридические услуги растет. Это связано с усложнением экономики, усилением государственного регулирования, цифровизацией процессов и увеличением числа правовых споров. Чем сложнее становится общество, тем больше оно нуждается в юристах.

Но одновременно происходит и другой про­цесс – рынок перестает «прощать» слабую подготовку. Сегодня уже недостаточно просто иметь диплом. Выгодно быть не просто юристом, а сильным специалистом, способным решать реальные задачи.

Что касается доходности, то она становится все более дифференцированной. Юристы высокого уровня – особенно в сферах корпоративного права, налогов, международных сделок, комплаенса – действительно могут строить успешную и стабильную карьеру. В то же время специалисты без практических навыков часто сталкиваются с низкой оплатой и высокой конкуренцией.

Отдельно хотел бы обратить внимание на еще одну важную, но часто недооцененную проблему. Сегодня в Казахстане мы постепенно теряем целое поколение сильных юристов – ученых, практиков, преподавателей, которые десятилетиями формировали правовую школу, накапливали уникальный опыт и передавали его следующим поколениям. В силу возраста многие из них уходят из активной профессиональной деятельности, и вместе с этим уходит не просто знание, а живая правовая культура, стратегическое мышление, понимание глубинных процессов в праве. Проблема усугубляется тем, что мы не всегда успеваем воспользоваться этим ресурсом. В повседневной загруженности, в гонке за практикой и результатами у молодых специалистов зачастую не хватает времени на системное обучение, на диалог с наставниками, на осмысление опыта старшего поколения. Иногда это воспринимается как второстепенная задача, которую можно отложить, – но в стратегическом плане это серьезная ошибка. Потому что знания можно получить из книг и баз данных. А вот профессиональное мышление, юридическую интуицию, понимание тонкостей правоприменения – все это передается только через личное общение, через школу, через преемственность. Если этот разрыв не будет восполнен, мы рискуем столкнуться с ситуацией, когда формально специалистов станет больше, но их глубина и качество будут снижаться. А это уже вопрос не только профессии, но и устойчивости всей правовой системы.

Поэтому сегодня крайне важно выстраивать системную работу по сохранению и передаче знаний: развивать наставничество, вовлекать опытных специалистов в образовательные процессы, создавать площадки для профессионального диалога.

– Нередки случаи недобросовестного исполнения юристами своих обязанностей перед клиентами. Почему эта проблема стала острой и как ее решить?

– К сожалению, в настоящее время действительно существуют случаи, когда отдельные юристы злоупотребляют правом и своими профессиональными возможностями. Речь идет о ситуациях,
когда ведение дела осуществляется формально, без должной глубины и ответственности, а основной целью становится не достижение правового результата и защита интересов клиента, а исключительно получение вознаграждения.

Такая практика проявляется по-разному: в затягивании процессов без объективной необходимости, в формальном подходе к подготовке документов, в отсутствии реальной стратегии ведения дела, в создании у клиента завышенных или заведомо нереалистичных ожиданий. Это не просто вопрос этики – это вопрос доверия к профессии в целом.

Юрист – это не посредник по «оформлению бумаг». Это специалист, от решений которого зависят имущественные интересы, деловая репутация, а иногда и судьбы людей. И когда работа выполняется халатно, страдает не только конкретный клиент – страдает восприятие всей правовой системы.

Что касается постоянных изменений законодательства. Да, это объективная реальность. Законы и подзаконные акты в Казахстане действительно регулярно обновляются, корректируются, иногда кардинально пересматриваются. С одной стороны, это создает ощущение нестабильности. Но с другой – это признак живой правовой системы, которая адаптируется к новым экономическим и технологическим условиям.

Проблема здесь не столько в изменениях, сколько в способности юриста с ними работать.

Современный юрист должен не просто знать нормы – он должен уметь ориентироваться в изменяющейся среде. Быть юристом в Казахстане сегодня – это и возможность, и вызов одновременно. Возможность – потому что рынок растет, усложняется и нуждается в квалифицированных кадрах. Вызов – потому что требования к специалисту становятся значительно выше. И если раньше можно было работать, опираясь на стабильные знания, то сегодня успех строится на постоянном развитии, гибкости мышления и умении адаптироваться к изменениям. Юрист будущего – это не просто носитель закона. Это специалист, который умеет ориентироваться в сложной системе закона и IT-технологий, принимать решения в условиях неопределенности и нести за них ответственность. И именно такие специалисты будут формировать доверие к правовой системе и определять ее развитие в ближайшие годы.

Беседовал Бахтияр ТОХТАХУНОВ

Zanmedia.kz